Вымогательство

Во время войны контрактная служба в российской армии сопровождается крупными выплатами: денежным довольствием, региональными бонусами за участие в боевых действиях и компенсациями за ранения. Каждый поворот в судьбе солдата — отправка на штурм, отпуск, должность «в тылу», лечение и т. д. — становится ресурсом, вокруг которого формируется неформальная экономика.

Смертономика войны предполагает, что чем больше людей отправлено в штурма, и, соответственно, пропало без вести или ранено, тем больше выгоды получают от этого вышестоящие командиры. Через отобранные у рядовых банковские карточки они прямо или косвенно получают доступ к боевым выплатам. Большие деньги, полученные за службу и ранения, перераспределяются внутри военной иерархии через систему поборов, «добровольных» сборов и прямого вымогательства.

По словам нашего информанта, дезертира Романа Т., в российской армии также существуют военнослужащие, которые в частном порядке вымогают деньги с родственников сослуживцев, но с ними борются, потому что «законным» вымогательством занимаются командиры:

Получив контакты с чьими-то родственниками, [они] звонят им и обманом тянут с них деньги (…) Таких не любят и, когда выявляют, их наказывают самым страшным образом. Сами части редко напрямую вымогают средства с родственников — им проще создать условия когда военные сами будут просить [об услугах], чтобы продлить свое выживание.

Одним из факторов, способствующих развитию неформальной экономики на фронте, становится криминализация армейской среды. В жалобах на поборы регулярно упоминаются контрактники «с зон». Они выступают посредниками в неформальных сделках, обещая договориться с командованием за деньги или просто притворяясь такими посредниками.

В одном из писем подробно описаны приключения простодушного контрактника, которого постоянно обманывает сослуживец с позывным Седой: «К моему брату обратился его сослуживец позывной Седой с предложением что он может договориться через командования за определённую сумму денег, списать моего брата по ранению». После передачи денег посредник начал требовать дополнительные средства, объясняя это необходимостью договориться с военной полицией, а позже перестал возвращать деньги. Когда военнослужащий сообщил об этом командиру, выяснилось, что «Седой ранее отбывавший тюремный срок за мошенничество».

В результате фронтовая среда оказывается пространством, где армейская и криминальная логика отношений переплетаются. По жалобам военнослужащих и их родственников можно реконструировать своеобразный «прейскурант» — но продаются не бытовые услуги, а решения, от которых зависит уровень опасности службы: возможность не идти на штурм, получить отпуск, лечение или перевод в тыл.

На самом нижнем уровне неформальной экономики — мелкое вымогательство денег сослуживцами за базовые условия жизни на фронте, вплоть до места в блиндаже:

Здравствуйте. Помогите, пожалуйста, решить нашу проблему. 3 мая 2025 года с Крыма прилетели два сослуживца моего сына. Первый вопрос от них был о том, что мой сын должен им пятьдесят тысяч рублей, за проживание в блиндаже на СВО. Мы отказались платить какие либо деньги. Приехавшие товарищи устроили слежку за нашим домом, тем самым не дав нам с сыном поехать на приём к врачу. 10 мая эти сослуживцы, встретив сына на улице, попытались насильно увезти его, сын смог вырваться, у него имеется травматический пистолет (сейчас изъят органами полиции). Сын сделал предупредительный выстрел г воздух, но они не оставили попыток забрать моего сына и он выстрелил одному из них в ногу. Теперь мой сын вынужден скрываться, хотя не имел на это намерений.

Еще один распространенный тип неформального платежа — требование купить технику для подразделения. В обмен военнослужащему обещают перевод из штурмовых подразделений на менее опасную службу — например, во взвод БПЛА:

На покупку двух беспилотников, я перевела 165000 рублей, потом [сын] сказал что еще надо 165000 рублей.

Мой брат находился на ПВД восстанавливаюсь после ранения, ему трудно было передвигаться так как были осколки в ноге и на назначению врача ему были запрещены физические нагрузки, ему предложили Кама и Боец купить дрон и его переведут со штурмовой роты во взвод бпла мой брат купил дрон через Бойца перевел ему деньги тот его привез и с тех пор он его и не видел

Чтобы стать водителем обеспечения (и таким образом не идти на БЗ), также нужно самому купить машину:

Через пару дня так же они [командир и сослуживец] предложили ему [брату автора письма] купить уаз патриот и они моего брата сделают водителем обеспечения и он вообще не будет ездить на задачи, находясь на пвд брат ездил на машине и совмещая должность зам командира роты проводил доклады и возил продовольствие

Жалоба на избиение наказывается переводом на более опасную службу и снятием денег с банковской карты военнослужащего:

Мой сын был жестоко избит командиром 1 роты в присутствии офицеров и личного состава 1 роты. После избиения моего сына перевели в штурмовую роту. (…) сын снова вышел на связь в конце июня 2025 года, сообщил, что его снова избили и сняли порядка 100 000 рублей с его карты.

Насилие со стороны командиров сочетается с вымогательством денег и использованием подчиненных в личных целях:

Во время прохождения службы командир Е.Я. злоупотреблял своими полномочиями по отношению к К.Л.. В любое время дня и ночи мог принуждать или заставлял его возить по своим собственным делам. В связи со сложившейся обстановкой К.Л. пошел к начальству, объяснил ситуацию. И, дабы избежать проблем и разбирательств, командира Е.Я. решили в наказание отправить на СВО. В следствии чего Е.Я. начал угрожать и вымогать у К.Л. сумму в размере 50 т.р. Так продолжалось несколько дней. После чего всё-таки 06.07.2024 командиру Е.Я. было отправлено 20 т.р (перевод имеется).

На следующем уровне неформального прейскуранта продается временная безопасность: за деньги (150 тысяч) обещают задержать отправку «за ленту» на БЗ. Такие договоренности часто заключаются через посредников внутри подразделения, но их выполнение зависит от решения офицеров. В письме ниже сестра рассказывает, что ее брата после плена и ранения снова отправили на передовую, где:

В первую неделю его ставят в список за ленту. Получилось отсрочить немного времени и его оставляют в части до следующей отправки.

За это время он без отдыха ходит в наряды. Ему обещают, если заплатишь 150тр, тебя тормознут в части. Он оплачивает человеку, на следующий день подполковник его вызывает, разговаривает с ним и его ставят опять в список за ленту (…) Есть чек, о переводе денег и голосовые сообщения.

Как рассказывали товарищи (…)назначения на должность не связанную с прямыми боевыми действиями, а в тылу стоила для солдат от 100 тысяч и выше у офицеров говорили что доходило до 500 тысяч и выше.

Государственные компенсации, которые военнослужащий получает после ранения (согласно указу от 05.03.2022 № 98, если военнослужащий получает ранение, контузию, травму или другое увечье во время боевых действий, ему полагается единовременная выплата в 3 миллиона рублей), тоже становятся объектом «добровольных» сборов. В жалобах такие платежи объясняются как помощь «на нужды роты», а отказ платить может повлечь ухудшение условий службы или перевод на более опасную должность:

Уважаемые уполномоченные написал уже всем кому мог пока без результата может они услышат вас пишет вам солдат России прибывший добровольно по зову сердца во время мобилизации. (…) ко мне подошёл товарищ как дальше выяснилось прапорщик Ш. и сказал что у них заведено что все раненые в добровольном порядке оказывают материальную помощь в количестве 300—400 тысяч с полученных денег за ранения на нужды роты, а если нет то дальше по службе могут перевести в пехоту, многие соглашаются с этим и отдают боясь что их переведут.

На самом высоком уровне неформального прейскуранта продается возможность добиться списания по ранению или перевода на небоевую службу (400–500 тысяч). В жалобах описываются ситуации, когда командиры предлагают военнослужащим с заболеваниями или ограничениями по здоровью остаться при подразделении на хозяйственных или вспомогательных работах за крупную денежную сумму (хотя по закону они и так должны это сделать):

В феврале 2024года было ранение и контузия. Находился в госпитале. 20.05.2024 прошел освидетельствование у психиатра. Заключение психиатра — запрет на боевые действия и дальнейшее прохождение службы в частях БМО [батальон материального обеспечения] без оружия. Справку от психиатра Майор Доцен оставил у себя. Далее моего брата заковали в наручники и посадили в яму на 1 месяц, отбив саперной лопаткой кисти рук и ногу. Дальше выполнял боевые задачи на передовой на «нуле». В январе обострились заболевания (… ) командир и зам.ком.взвода – позывной «Морда» предложили выход: — раз ты больной, то можешь служить как написано в справке от психиатра, здесь в роте, подтаскивая провизию. Цена вопроса — 500тыс. рублей.

Иногда такие действия осуществляются через посредников внутри подразделения, которые обещают договориться с командованием или военной полицией и при этом обманывают:

К моему брату обратился его сослуживец позывной Седой с предложением что он может договориться через командования за определённую сумму денег, списать моего брата по ранению. Мой брат встретился с ним в городе в г. Москве возле тц Вегас и по предлогом что его спишут он передал Седому 350 тысяч рублей наличными и 50 тысяч дал в долг, после как прошло 2 дня Седой написал моему брату и сообщил что всё поменялось с сотрудниками Военной полиции и им ещё нужно 150 тысяч рублей, на что мой брат сообщил что у него больше нету и просил вернуть средства которые он уже передал, на это Седой сказал что сейчас переведёт и дальше продолжались одни отговорки, по сейчас моему брата деньги за это никто не вернул.

Самая большая сумма за списание по ранению, которая попалась нам в письмах — это 1,4 миллиона рублей:

Мой муж имеет хроническое заболевание которое обострилось Во время службы. На Куликовский полигоне врач его осмотрел и сказал что нужна операция но так как командиры вымогали Деньги (разбирательство с ними идет, возбуждено дело за вымогательство) и связи с этим отказали в операции. Мы писали заявление о вымогательстве командирами денежных средств на сумму 1400000.

См. также статьи Обнуление, Мясо, Черная вдова