Вербовщик

В 2024 году, когда человеческий ресурс на фронте вновь стал исчерпываться, а выплаты «кандидатам» стали гигантскими (от 300 тысяч в 2022 году они поднялись до 7 миллионов единовременно), в России возникает целая инфраструктура, которая кормится этими деньгами.

В регионах при военкоматах начали формироваться штатные позиции «инструкторов по работе с кандидатами», а в воинских частях, вузах и других государственных учреждениях усилилась внутренняя работа по привлечению к подписанию контракта. Каждая бюджетная организация должна представить в военкомат для заключения военного контракта несколько своих сотрудников, а в ситуации, когда их нет или предприятие не желает сдавать своих, оно назначает вербовщиков, которые ездят по деревням и ищут мужчин, которых устраивают на работу на это предприятие и сразу же сдают на контракт. Очень часто такими кураторами являются женщины. После подписания контракта куратор, видимо, получает от своей организации какой-нибудь бонус. Появляются и частные рекрутеры — им обещают до 600 тысяч за каждого кандидата.

Авторы жалоб во власть регулярно жалуются, что их близкие подписали контракт под влиянием вербовщиков (хотя корректнее их называть «посредники»), нередко используя давление, дезинформацию или утаивание существенных условий. Причем в письмах не существует единого слова для обозначения этого явления (иногда используют слово «куратор», иногда вообще никак не обозначают).

Вербовщики, найдя кандидата, начинают сопровождать его везде. Об этом с отчаянием пишет дочь, чей больной отец подписал контракт под давлением некоего Виктора. В дальнейшем, рассказывает дочь, отец везде появлялся в его сопровождении:

18.03.2025 ко мне домой пришел мой отец в сопровождении неизвестного мужчины , который представился — Виктор, для того, чтобы попрощаться со мной, так как отец уходит на СВО. Я попросила Виктора предоставить мне документ удостоверяющий личность, он мне его не предоставил. Затем Виктор, с которым приехал отец, оставил свой номер телефона, чтобы я ему звонила и задавала вопросы в любой день , по своему отцу и места его нахождения. Затем я Виктору написала, чтобы он мне отправил фото контракта моего отца, ответа не получила! Виктор отправил мне только фото отца и выписку из приказа. Также Виктор написал мне, чтобы я ему больше не писала. Всю переписку готова предоставить.

В ходе диалога я просила отца не ходить на войну, так как, он еле ходит, имеет хронические заболевания.

В некоторых случаях вербовщик уговаривает подписать контракт под ложным предлогом — например, как контракт на обучение или службу в учебном заведении. В результате молодой человек оказывается на передовой:

Мой племянник призвался в Г. Чита. В самой части прапорщица предложила подписать контракт на обучение в Тюменское высшее Военно-инженерное командное училище. С родителями была произведена беседа и маму уверили в том ,что это не контракт на СВО,давали сто процентную гарантию поступления и уверяли в том, что не надо путать контракт на обучение и контракт на СВО,что ребенок поступает в Высшее военное учреждение,Вам нужно собрать пакет документов и мы подадим сами,самому Роману обьяснили и дали гарантию, что после подписания он отправиться в Тюмень учиться,говорили о денежном довольствии 50000р и что будет в родном городе учиться на инженера в Твикку,на этих основаниях был подписан контракт.

Другой тип писем описывает ситуацию прямого давления внутри воинской части, когда срочников целенаправленно убеждают подписать контракт, используя их уязвимое психологическое состояние, медицинские проблемы или отсутствие информации о последствиях:

Я был призван в армию для прохождения срочной службы в г. Улан-Удэ. Прибыв в часть 26.05.2025 г. в тот же день меня направили на беседу к психологу, которая на мой взгляд начала давить на меня морально в целях подписания мной контракта. В это время я находился в подавленном, депрессивном состоянии, а психолог этим воспользовалась, говорила что мне будет тяжело служить, что лучше подписать контракт. Это вместо того, чтобы помочь адаптироваться в новой жизни. Хочу отметить, что меня после этой беседы вылавливали на центральном проходе и продолжали наседать, я не заметил, чтобы такую же внеплановую дополнительную беседу проводили с кем-либо, кроме меня. В тот же день я подписал контракт с условием поступления в КВТККУ (Казанское высшее танковое командное Краснознаменное училище). Мне не сказали детали контракта, обещали, что я легко смогу уйти если что-то не понравится, а мои просьбы дать время подумать и обсудить с родными игнорировались, также мне не дали прочитать контракт и не выдали его на руки. О том что во время мобилизации контракт продлевается автоматически я узнал позже, только из разговора с матерью.

Как сказала мама срочника из письма выше:

Это какая то вербовка на месте, я сына отправляла на срочную службу, а не на смерть и мучения.